Рязанская политическая интернет-газета
Темы недели:
Выбираем мэра без посредников

В некоторых региональных СМИ прошла информация о гражданской инициативе городского референдума о способах избрания «мэра» Рязани. Что думает по поводу этой инициативы известный рязанский политолог Владимир АВДОНИН, выяснила редакция рязанкого выпуска "Новой газеты".

- Думаю, что эти публикации, независимо от того, как в ней оценивается сама инициатива, является обнадеживающим знаком. Фактически они призывает людей высказываться по этим вопросам, обсуждать их, выражать свое мнение. И это – уже хорошо!

Во всяком случае, это шаг вперед по сравнению с тем, что было в 2004 году, когда решался уставной вопрос о нынешней модели управления Рязанью. Тогда никакого общественного обсуждения не было вообще – ни дискуссий в прессе, ни собраний общественности, ни встреч с избирателями. Депутаты тогдашнего горсовета просто изменили Устав города и отменили всеобщие выборы «мэра», никому ничего не объясняя. В одной из заметок в прессе, впрочем, было сказано, что депутаты сделали это «по просьбе губернатора Шпака». То есть граждан города они тогда не спрашивали. Сейчас же «Новая», по крайней мере, привлекает внимание к обсуждению темы в публичном пространстве, в какой-то мере обращается к гражданам.

Теперь о самой инициативе референдума. На мой взгляд, для Рязани она вполне логична. В отличие от целого ряда российских городов, где прямые выборы «мэров» были отменены сравнительно недавно (в основном в 2008–2010 гг.), и там еще можно говорить о том, что модель без прямых выборов пока проявила себя не в полной мере, в Рязани эта модель введена уже более 6,5 лет назад (июль 2004-го). Ее черты и следствия уже вполне понятны и пришло время дать ей гражданскую оценку. Так что инициатива референдума весьма своевременна. 

Первый аргумент здесь собственно управленческий. Не буду подробно останавливаться на всех скандалах и конфликтах, сотрясавших городское управление за эти годы. Они памятны многим рязанцам. Отмечу лишь, что их было много, очень много! Простой подсчет разного рода конфликтных ситуаций, имевших место вокруг городского управления Рязани за период 2004–2010 (от конфликтного отстранения Маматова в 2004-м до конфликтного же отстранения Шишова в 2010-м), показывает, что их было заметно больше, чем в период существования в городе модели с прямыми выборами «мэра» (1996–2004). Справедливости ради отметим, что и в период прямых выборов «мэра» конфликты в управлении городом были, но их было все же явно меньше. И это – понятно. Победа «мэра» на прямых выборах повышала его легитимность, вынуждая противников отступать, умерять амбиции и прекращать конфликты. Отмена же прямых выборов, снижая легитимность «мэра», наоборот, развязывала конфликты, вела к обострению борьбы с «мэром» различных городских группировок, провоцировала постоянные вмешательства с областного уровня и т.д. В итоге – конфликтность возрастала, а эффективность управления – падала. Это ставит вопрос об эффективности этой модели.

Второй вывод или аргумент – социального и политического свойства. Его обычно приводят сторонники демократизации муниципального управления. Понятно, что лишение граждан права напрямую избирать главного человека в городе является ущемлением муниципальной демократии, чем бы его не объясняли. Всякое избрание ограниченной группой лиц заведомо менее демократично, чем избрание всенародно. Но это – не все. Здесь не только ущемляется демократия, но и усиливается отчуждение власти от народа. Растет пропасть между ними. А это может быть опасно и для самой власти. Отчужденная от населения власть обязательно делает больше ошибок, порождает больше недовольства, вызывает больше презрения. Она руководствуется собственной логикой, собственными проблемами, а не проблемами людей. В итоге – власть начинает действовать все менее адекватно сложившейся ситуации. В рязанском варианте мы это тоже видим. Какие важные для избирателей проблемы властям удалось удовлетворительно решить в последние годы (тарифы, жилье, дороги, зарплаты, образование, здравоохранение, бюрократия и т.д.)?

Еще один аргумент, связанный с отменой прямых выборов, можно было бы назвать модернизационным. Из теории модернизаций хорошо известно, что именно большие города являются точками кристаллизации модернизации, источниками модернизационного развития. Так было везде и всегда. Россия и Рязань здесь, разумеется, не исключение. Модели городского управления должны поддерживать и обеспечивать эти модернизационные тренды, а не гасить их. Управление с прямыми выборами сильного городского лидера – означает сильный город, способный на модернизационный прорыв. Управление города с «двухголовой» системой непрямых выборов означает ослабленное управление, отсутствие сильного лидера. Такой город не способен на эффективное модернизационное развитие, так как становится заложником консервативных, отсталых периферий. 

Таким образом, необходимость постановки вопроса о пересмотре модели городского управления, введенной в 2004 году, в свете уже имеющегося проблемного опыта ее функционирования и встающих перед городом задач развития, представляется достаточно очевидной. И институт референдума может быть важным стимулирующим фактором.

Что касается формулировки вопросов, предлагаемых для референдума, то она, на мой взгляд, далеко не оптимальна. Прежде всего, она слишком сложна и громоздка для массового опроса. Авторы этой формулировки, вероятно, хотели придать ей более точный юридический смысл, вложив его сразу в три вопроса. (Соглашаясь с идеей референдума, мне, однако, не пришлось принять участия в обсуждении формулировок. – В.А.) Видимо, они полагали, что это позволит лучше интегрировать предлагаемые изменения в корпус уставных документов городского управления. Но на деле это лишь запутывает смысл вопроса, обращенного к избирателю. Ведь главное, что должен решить референдум – восстановить в Рязани прямые, всенародные выборы высшего должностного лица города. Это может быть «мэр» – глава администрации, а может быть и «глава города». Оба варианта возможны. Главное – чтобы прямые выборы были восстановлены, и граждане получили право участвовать в выборах этого лица напрямую. Это и надо решить. Поэтому, на мой взгляд, для референдума вполне достаточно одного вопроса, который представлен инициативной группой под номером два: «Согласны ли Вы, чтобы глава администрации Рязани избирался на прямых всенародных выборах?». Два других вопроса излишни. Решение этого вопроса уже будет означать ответы и на два других.

Для пущей надежности можно сформулировать вопрос и альтернативно, например: «Согласны ли Вы, чтобы либо глава администрации, либо глава города избирались на прямых (всенародных) выборах?». Положительный ответ на этот вопрос будет означать, что одно из этих лиц должно избираться всенародно. А это повлечет за собой и соответствующие уставные изменения, которые должны будут внести депутаты. Надо ли входить во все эти юридические детали, формулируя вопросы на референдум и, тем самым, вовлекая в их решение избирателей? Избиратель должен решить главное – вернуть ли прямые выборы. Это – политический вопрос, он вполне понятен и ясен. А остальное – дело политиков и юристов. 

Разумеется, сказанное не означает, что автор жестко настаивает на каком-то своем, особом варианте формулировок. Все это предлагается в порядке обсуждения и дискуссии по затронутой актуальной проблеме. Вообще, обсуждение и самого референдума, и его формулировок надо было бы провести более широко и критично. Учет широкого спектра мнений, привлечение к обсуждению различных общественных и политических сил, специалистов, экспертов – это азбука проведения подобных кампаний. Необходимость возвращения к прямым выборам в городе очевидна для многих. Важно консолидировать этот широкий потенциал, направить его на решение проблемы.