Рязанская политическая интернет-газета
Темы недели:
МИЛИЦЕЙСКИЕ ХРОНИКИ: «ЗА ДЫМОВСКОГО», часть 2


Карикатура с сайта "Эхо Москвы"

Продолжаем серию статей, посвященных правоохранительным органам. Только что у меня с польского радио брали комментарии по телефону, по этой же теме. Прозвучала мысль – начинать надо с самого начала. Все очень просто. В милицию не приходят «менты». Ими становятся уже после. А осознание бардака, бесправности и въезжания в происходящее начинается с первоначальной подготовки, которую каждый потенциальный милиционер проходит в учебном центре УВД.

Эпизоды нижеописанного датированы прежними годами. Но по полученной информации, ситуация в учебных центрах сейчас фактически ничем не отличается.

Итак, начинаем – «первоначальная подготовка милиционера».

Каждые год домой возвращаются ребята, отслужившие срочную службу. Некоторые из них идут работать в милицию. Перед официальным выходом на работу в должности милиционера, все они должны пройти тяжелое испытание – отучиться полгода в Учебном Центре при УВД Рязанской области. Если бы они представляли, что за этим стоит, многие бы поразмыслили о правильности выбора своей будущей профессии.

СЫН ЗА ОТЦА

При принятии решения поступить на службу в ОВД мотивы у всех разные. Кто-то мечтает «навести порядок» среди всей этой грязи и беспредела, что творится вокруг. Кто-то преследует какие-то свои, корыстные цели, ведь высокое звание «милиционер», все - таки имеет какую-то власть. Некоторые оказываются в «органах» по напутствию (или «протеже») каких-то знакомых и т.д. Так или иначе, но наступает момент, когда молодой человек, еще не совсем «въехавший» в то, что творится на «гражданке», робко приходит в какое-либо подразделение, где ему выдают кипу бумаг, в которой описано, что он должен делать дальше, чтобы стать милиционером.

После прохождения целой орды врачей (хотя не совсем понятно зачем – ведь человек только что из армии), сбора необходимых бумажек, пыток психологов (борьба с потенциальными «оборотнями в погонах»?), он наконец-то подходит к последней проверке – на свою и наследственную лояльность к государственной власти. Кто сказал что «сын за отца не ответчик»? Если в личных делах родителей и близких родственников найдется хоть одна помарочка, хоть один эпизодик, в котором будет прослеживаться какая-либо «дурная наследственность» (судимости, приводы в милицию, учет в «Детской комнате» и т.п.), то будущему стражу порядка придется навсегда забыть о вожделенных погонах, палке резиновой и пистолете. В милицию таких не берут, и песни про них не поют. Если же все прошло нормально, и даже выдержали нервы прождать выполнения всех этих «спецпроверок» (хотя у некоторых они могут затянуться на 3 и более месяца), то будущий милиционер получает направление на учебу в Учебном Центре УВД. Его уже предупредили – оттуда немногие возвращаются…

СЕССИЯ НА ВЫЖИВАНИЕ

Все милиционеры прошли ту «мясорубку» (за исключением многих офицеров), которая находится на Московском шоссе, за зданием Автовокзала «Приокский», под названием «ментовская учебка». Ныне филиал Учебного центра расположен в здании бывшего детского сада в Канищево. Более трети из тех, кто поступает сюда на учебу, ее не оканчивают. У кого нервы сдают, у кого проблемы в семье начинаются, кто просто «влетает», не сумев подстроиться под тоталитарный режим нынешнего командования. Если в первые дни начала обучения очередного курса на местном плацу яблоку негде упасть при построении, то к концу обучения создается такое впечатление, что Учебный Центр посетила чума. Из полноценных взводов по 15-20 человек в строю иногда остаются 5-10.

Первые 3 дня учеба идет своим официальным чередом. Занятия, наряды, конспекты, ФИЗО, стрельбы и т.д. Затем начинается то, о чем будущих милиционеров предупреждали еще их коллеги в родных подразделениях. Вся учеба уходит на задний план, а чаще всего просто забывается. Вместо нее все слушатели занимаются уборкой помещений, строительством различных зданий, так или иначе относящимся к УВД, выходом во всевозможные наряды.

Причем нарядов появляется столько, что иногда просто не хватает личного состава всего УЦ. Перечень нарядов самый разношерстный – охрана строек, ферм, дискотек. Попадаются такие наряды, в которые слушатели рвутся изо всех сил, например охрана женского общежития физмата Госуниверситета на Театральной. Но оно понятно – дело молодое. Тем более что многие провинциальные красавицы охотно знакомятся с молодыми и красивыми, одетыми в новенькую форму, ребятами.

Вспоминается картина, когда слушатели УЦ помогали восстанавливать Свято-Троицкий монастырь (что напротив «Барса»), причем в «одной упряжке» с ЛТПшниками. Но это хоть дело благородное (имеются в виду не ЛТПшники, а монастырь). Но когда люди в форме МВД взламывают асфальт (ломами, отбойными молотками, лопатами) на Соборной площади, в рамках «программы помощи» какой-то телефонной компании, то это зрелище немного обескураживающее. Тем более, когда над их головами стоят работяги из этой компании (кто и должен этим заниматься) и, попивая пивко, дают ценные указания о том, как лучше этот асфальт взламывать, чтобы потом удобней было траншею копать.

БИТВА ЗА УРОЖАЙ

Другой пример - слушатели Учебного Центра УВД осенью убирают урожай с областных полей. Причем в одном поле работают солдаты, курсанты военных училищ и «зэки» под конвоем (конвой стоит тут же, и кажется иногда, что смотрят они не только за своими «подопечными»). Ну, с военными понятно – их реформы довели до того, что приходится людей в колхозы отправлять, чтобы хоть как-то их прокормить. Но слушатели? Они уже и из армии пришли, и семьи у многих, и не совсем молодые уж иногда встречаются (под 30 лет)! Они за это денег не получают.

Вообще здорово получается – в поле полно народу, и все «добровольно» работают. Что самое интересное – то, что и увезти с собой ничего нельзя – транспорт проверяется. Ни морковки, ни свеколки не пропустят строгие колхозники, которые сидят тут же, недалеко, наблюдая за «работниками». 

Вообще фильмы можно снимать, а потом в ООНе демонстрировать – слушатель, майор милиции (перевелся из армии и тоже был «сослан» в УЦ) работает в «одной упряжке» с заключенными, собирая свеклу, а за всей этой идиллией наблюдает добрый конвойный, который прилег на кучу овощей, бросил автомат, закурил и мечтательно всматривается в небо.

Один взвод слушателей даже регулярно отправляется в недельную командировку в колхоз. Тоже на «битву за урожай». Чаще всего на картошку. Причем набирать с собой ее нельзя (домой), зато после приезда с «полевого выхода», на входе УЦ появляется объявление, в котором сообщается, что мол, все желающие приобрести картофель по баснословно низкой цене, еще могут успеть это сделать здесь же, в Центре, обратившись к тому-то.

ОБЕД ПО РАЗНОРЯДКЕ

«Обучение» проводится с утра до вечера, чаще всего с захватом «внеурочного» времени. Тут-то и встает вопрос о питании. Для тех, кто находятся на территории Центра, действует столовая от УВД. Только, не говоря уж о ценах, качество питания там… Особенно после признания тех слушателей, которым посчастливилось попасть в нее работать на весь срок обучения, что и как там готовят, желание пропадает.

Была одна лазейка – рядом с УЦ находится столовая Отдела Капитального Строительства (ОКС) УВД, где за вменяемую сумму можно было наесться до отвала, да еще и отличной домашней пищи. Добрые поварихи столовой всегда с удовольствием кормили оголодавших милиционеров, даже в долг записывали. Но после того как руководство Центра об этом узнало, взглянув на слишком уж почему-то довольные лица своих подопечных после обеда, «лавочку» прикрыли. На всеобщем построении был зачитан приказ о запрете посещения этого заведения слушателями, а чтоб они на близлежащий автовокзал в кафе не бегали – то вот вам еще: «Никто из слушателей не имеет право покидать территорию Центра во время обеденного перерыва». В обед выставлялись наблюдатели из офицеров, которые должны были проследить, чтоб «мышь не выскочила».

Оттуда-то и пошло название, которое дали слушатели упаковкам с вермишелью быстрого приготовления, «ментовский суп». Так как только на такую пищу и хватает стажерской зарплаты будущим милиционерам.

ДОБРОВОЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Дисциплина всегда стояла в Учебном Центре на первом месте. За малейшее ее несоблюдение – офицер, заметивший это, идет и записывает в Дежурной части фамилию «залетчика» и то количество нарядов, которое он посчитает нужным. После окончания рабочего дня зачитывается список «проштрафившихся», а далее уж им назначается мера наказания. В общем, эти письменные наряды становятся чем-то вроде местной валюты. Любой офицер может предложить нерадивому слушателю что-то выполнить (например, вскопать свой огород), пообещав списать ему пяток нарядов.

Хуже всего приходится слушателям, прибывшим из области. Некоторые из них не бывают дома по три недели. Не отпускают. На ночь они должны располагаться в общежитии, там же и внесены в списки присутствующих, которые регулярно проверяются дежурными по общежитию и всяческими приезжающими проверяющими. Если есть наряды – забудь про семью и дом, искупай свою вину. Никого не волнует, за что назначены эти наряды. За расстегнутую пуговицу на гражданской куртке (нарушение гражданской формы одежды – 3 наряда), за переход дороги не в положенном месте (на перекрестке с утра дежурит замаскированный офицер) или за матерное слово, услышанное случайно проходящим мимо курилки куратором. Самое обидное – это то, что в каждый момент ты можешь послать всех подальше и уволиться. Но многие ведь хотят работать, вот и терпят этот тоталитаризм.

СЮДА НЕ ЗАРАСТЕТ НАРОДНАЯ ТРОПА

О недоборе личного состава среди слушателей здесь не беспокоятся. Все равно народ в милицию идет. Это командиры подразделений, после увольнения своего «пасынка» приезжают потом и упрашивают оставить его до первого «залета», хоть со строгим выговором. У них-то служить некому. А УВД постоянно «подгоняет» то проходящих переподготовку, то «борющихся» за звание прапорщика (оно дается после двухнедельных «курсов» в УЦ). А уж тем-то и подавно выступать нельзя – работают давно, карьера какая-то там наклевывается. Кому до пенсии уже немного. Вот и получается, что ходят и красят забор вокруг этого «бастиона науки» мужики, лет под сорок, и молчат. Потому что и не сделаешь ничего – отлаженная система.

Здесь ответ на все один – «Чего-то не нравится, пишите рапорта и уходите, нам проще будет». Именно такой ответ и дал как-то начальник курса слушателям двух взводов, когда те написали рапорт о своем коллективном отказе нести наряд в нечеловеческих условиях.

Дело в том, что руководство Центра иногда не брезгует «подкалымить», направляя своих людей в различные организации для несения службы. Это и дискотеки, и строительные работы, а в данном случае это был наряд по охране автостоянки, которую сделали тут же, за «учебкой». Стоимость  ночевки для «железных коней» населения здесь была намного ниже, нежели на простых, «гражданских» стоянках, вот и с подбором клиентуры не было дефицита, тем более, когда объявления об услугах и ценниках висели, чуть ли не на каждом заборе Московского шоссе. Дешево и сердито.

Только вот об условиях работы для молодых милиционеров никто не думал. Пока было тепло, слушатели спасались от холода по ночам, разводя костры. Когда же выпал снег – люди просто стали валиться от болезней. Пневмонии, воспаления, гриппы. И это причем тогда, когда за двухнедельное отсутствие по состоянию здоровья (в сумме) в течение полугода полагалось отчисление. Болеть нельзя. Свой же отказ о снятии этого наряда руководство сформулировало как: «это нормальные милицейские заболевания, привыкайте – геморрой, и язва у вас через одного будет».

МОЯ МИЛИЦИЯ МЕНЯ…

Во время такого «обучения» складывается впечатление, что Учебный Центр УВД – своеобразный «фильтр», в котором задерживаются только те, кто в дальнейшем сможет безропотно выполнять все прихоти своего начальства. В «учебке» ведь еще круче было! Обычный, повседневный тупизм своих командиров после такого выглядит как сказка. Тут ведь даже домой отпускают. Тем более легко продержаться тем, кто только со «срочки» - голова еще по-армейски работает. Интересно то, что срок «батрачества» сейчас хотят продлить с 6 (а раньше был вообще 3) месяцев до 9.  Начальства ведь больше становится. Вот только будет ли скоро находиться такое количество мужиков, способное прокормить такое количество генералов?

P.S. А потом появляется Дымовский. И в ответ на его признания бывшие и действующие милиционеры усмехаются: «В выходные он работал, зарплата у него 12 тысяч, да люди живут на работе и получают меньше!» Типа, сказал бы спасибо что вообще не убили. Чего он жалуется, ведь у других ситуация еще хуже. Но, подождите – ведь это не нормально, должно же быть лучше. Или у нас в голове уже настолько сменилась система ценностей, либо наоборот – укоренилась в генах, начиная с декабря 1237 года, что только то, что хотя бы не убивают, уже благо?

Изменит ли что-либо поступок Дымовского? Изменит, если он будет не единственным. Очень на это надеюсь.